Просьба похоронить меня на пляже в Сете (Аванесов Александр)

Просьба похоронить меня на пляже в Сете
(Ж.Брассенс. Перевод: А.Аванесов)

Курносая никак не может мне простить 
Цветов, что я растил в дырах её глазниц.
И, наточив косу, как бритву,
Вот-вот возьмёт реванш карга, чтоб мне не жить.
И я решил завещание освежить,
Добавить, так сказать, постскриптум.

Сядь поудобней, нотариус, старина,
И пусть чернилами служит тебе волна
И синь Лионского залива.
Пиши, где тело моё обретёт приют,
Когда душа и плоть, рассорившись, придут
К необходимости разрыва.

Когда моя душа помчит за небосклон,
Чтоб встретиться с душой Гавроша и Манон,
Со всей компанией пропащих,
Пусть моё тело отправят обратно в Сет
Парижским скорым, всё же не ближний свет,
И чур – в вагоне для курящих!

Увы, в фамильный склеп меня не запихнуть: 
Там, извиняюсь, народу – не продохнуть,
Не стану рваться я в обитель
Родных мне мертвецов, кричать на все лады:
Подвиньтесь, господа, дорогу молодым,
Мол, в тесноте, да не в обиде!

Если не затруднит, от моря метрах в двух,
Где чаек слышен крик, и где песок как пух,
Отройте яму без излишеств.
Там, где мальчишкой я нежился на песке,
Там, где дельфины резвятся невдалеке,
На нашем пляже, на Корнише.

Нептун хоть и ревёт, от пены побелев,
Но здесь он никогда не верил сам в свой гнев.
А если всё же из-за крена
Посудина возьмёт внезапно курс на дно,
"Полундра, – капитан орёт – Спасай вино!
С ним нам и море по колено!"

И здесь же, перейдя отрочества рубеж,
Когда самих себя нам не развлечь уже,
Я повстречал морскую гостью –
Женщину-рыбу, с кем сладкий вкусил порок,
С кем самый первый любви получил урок
И поперхнулся первой костью.

Поэт Поль Валери всегда был мною чтим.
Я – скромный трубадур, и мне тягаться с ним,
Конечно, дело непростое.
Но обойти всё же мэтра удастся мне,
Расположившись поближе к морской волне,
Чем его кладбище морское.

Меж небом и землёй, не портя общий вид,
Мой холм ему придаст особый колорит
И даже шарма, а вдобавок
Послужит ширмой купальщицам, чтоб они
Могли сменить свой наряд, а для ребятни
Уже готов песчаный замок.

Последнее, о чем хочу я попросить,
Учитывая зной, сосну здесь посадить
С тенистой кроной и приладить
Так её, чтоб друзья, придя на мой бугор,
Могли спокойно снять свой головной убор
И помолчать со мной в прохладе.

То с итальянских, то с испанских берегов,
Впитавши аромат и музыку веков,
Ветра мистраль и трамонтана
Мне скрасят вечный сон, свой донося привет
То пеньем мандолин, то стуком кастаньет,
То тарантеллой, то сарданой.

Когда, облюбовав бугор мой, жарким днём
Русалочка вздремнёт, раскинувшись на нём,
Такая томная, нагая,
Я загодя прошу прощенья у небес,
Когда, отбросив тень, недремлющий мой крест
Прильнёт тихонько к ней, лаская. 

Бедные короли, бедный Наполеон
И те, чей прах хранит унылый Пантеон –
Вы все от зависти умрёте,
От зависти к тому, кто, грёз приятных полн,
Лежит себе в песке вблизи лазурных волн,
Кто смерть проводит на курорте.

Есть ошибки или текст неправильный? Вы можете его откорректировать.