Они обычно начинались к вечеру и чаще в выходные дни.Я уже давно не живу в Тбилиси,и все чаще вспоминаю и пытаюсь воспроизвести хронологию этого великолепного действа.Буду честен:мне этого сейчас очень не хватает,несмотря на то,что "обласкан"(не понимать дословно!)) и вниманием и положением дел в жизни.Не хватает главного: безвозмездного альтруизма,способного вернуть тебя в прошлое,пусть и виртуально.Попробую передать эти ощущения Вам,своим друзьям и просто тем кто спонтанно заглянет сюда на огонек. ******************************* "Солнце, уже клонящееся к закату, окрашивало старые, облупившиеся стены тбилисского двора в теплые медовые оттенки. Воздух, еще недавно раскаленный, теперь был пропитан ароматами свежеиспеченного лаваша, пряных трав и чего-то неуловимо домашнего, уютного. Это был тот самый час, когда двор оживал, сбрасывая дневную дремоту, и начинались они – тбилисские дворовые посиделки.В центре "итальянского" двора, под раскидистой, древней шелковицей, стоял большой, видавший виды стол. Его поверхность, испещренная царапинами и пятнами от бесчисленных застолий, была уже заставлена. Свежие овощи – румяные помидоры, хрустящие огурцы, пучки кинзы и тархуна – лежали на больших тарелках, словно драгоценные камни. Рядом дымились хачапури, только что вынутые из тоне(печь,где выпекается грузинский хлеб и прочее), их сырная начинка аппетитно пузырилась. И, конечно, кувшины с домашним вином – янтарным, терпким, хранящим в себе тепло грузинского солнца.Первыми, как всегда, появились дети. Маленькие, шустрые, они носились по двору, играя в догонялки, их звонкий смех эхом отдавался от стен. Бабушки, с их добрыми, морщинистыми глазами, уже сидели во главе стола, неспешно чистя гранат. Их движения были размеренными, полными достоинства, как и все, что они делали.Затем подтянулись мужчины,кое-кто с пышными усами и заразительным смехом, принес свежий сулугуни, завернутый в мокрую ткань. Кто-то тут же принялся рассказывать какую-то байку, жестикулируя руками, и двор наполнился его басовитым голосом. Рядом с ним устроился молодой парень, его глаза блестели от предвкушения – он только что вернулся из университета и жаждал поделиться новостями.Женщины, с их неизменной грацией, приносили новые блюда: сациви, лобио, пхали. Каждое блюдо было произведением искусства, приготовленным с любовью и знанием вековых традиций. Они переговаривались, смеялись, обменивались новостями, их голоса сливались в мелодичный хор.Когда все собрались, первый тост провозглашали - "за мир в нашем доме, за здоровье наших близких, за истинных тбилисцев!" – все подхватывали тост, чокаясь и выпивая до дна.Разговоры текли рекой. Обсуждали политику, последние новости, успехи детей, старые истории, которые передавались из поколения в поколение. Смех сменялся серьезными рассуждениями, а потом снова взрывался весельем. Кто-то запел песню, и другие подхватили, их голоса, сильные и гармоничные, разносились по двору, наполняя его особой, пронзительной красотой.Дети, уставшие от игр, примостились рядом со взрослыми, слушая их разговоры, впитывая атмосферу тепла и единения. Для них эти посиделки были не просто ужином, а уроком жизни, где они учились ценить семью, дружбу, традиции.Время шло незаметно. Звезды зажигались на темном бархате неба, а двор все еще был полон жизни. Опустевшие тарелки сменялись новыми, кувшины с вином пополнялись, а разговоры не утихали. Это было не просто застолье, это был ритуал, связывающий поколения, укрепляющий узы, дарящий чувство принадлежности.Когда, наконец, наступила глубокая ночь, и последние гости стали расходиться, двор опустел, но его стены еще долго хранили эхо смеха, песен и теплых слов. Аромат вина и пряностей витал в воздухе, напоминая о прошедшем вечере.Тбилисские дворовые посиделки – это не просто еда и вино. Это душа города, его сердцебиение..