Жарких костров развесёлый треск,
Руки тяжёлые над огнём,
Оцепенел и пригнулся лес,
Стаю волков обложили в нём.
Серые мечутся меж берёз,
Прячут детей, зарывают в снег,
И в ошалевших глазах вопрос -
Что же ты делаешь, человек.
Вот и всё, приходит смертный час,
Тот жуткий час, когда жизнь сплошная боль.
Снег несёт, о, если б он их спас,
Но этот день не станет другой судьбой.
Кружит матёрый, здесь главный он,
Чует, вот-вот и начнут стрелять.
Но на флажки не пойти - закон,
Лучше под пули, учила мать.
Лучше под пули, ощерив пасть,
Молча за горло, с разбегу в грудь,
Лапами сильно подмять, упасть,
Может, и вырвется кто-нибудь.
Кто-нибудь, всё уже страшный круг,
Давным-давно на спуск жадно палец лёг.
Кто-нибудь, пусть это будет друг,
Он допоёт, когда голос мой уснёт.
Цепи смыкаются, крики, смех,
Запах железа, собачий лай.
Волка - не лебедя, лебедь - грех,
А волк - он разбойник, его стреляй.
След, словно пеленг, он на ветру,
И, заглянув в поднебесья синь,
Холода грудью вожак глотнув,
Прыгнул, как проклял, что было сил.
Ветра свист, опять им повезло,
Ударил гром, и палевый бок в крови.
Жизнь, прости, прости людей за зло,
Дай время им себя научить любви.
Жизнь, прости, прости всех нас за зло,
Дай время нам себя научить любви.
Дай время нам себя научить любви.
Комментарии могут видеть только зарегистрированные пользователи!
