Случай в городском саду (Круг Михаил)

Текст Михаил Круг — Случай в городском саду Взяв бутылку русской водки, я спешил к пустому скверу. Скоро надо на работу, я не прямо, я к примеру. Я ж работаю на даче тёти Кати — управдома. Не работать, так иначе Катя выгонит из дома. Тут навстречу кореш Колька. И порядком подкирнувший, И идёт с какой-то молью, не совсем ещё проснувший. Я ведь с Колькой с детства знаюсь, он как брат со мной в получку. К его бабам не таскаюсь — у меня свои получше. Встреча счастливо сулила опохмелку, кайф и бабу. Баба нам двоим налила и сказала, чтоб хотя бы Мы с Коляном — покультурней, а то лапаем при людях. Нам, мол, что, а ей-то будет: муж с Бурашева прибудет. Эмигрировал в Анапу, а приехал под Калинин. В Перемерках сняли шляпу, и замёрз, лежал весь синий. Но вступился Колька с ходу: «Чем ты, лярва, недовольна?» И при всём честном народе ей ударил, но не больно. Колькин друг в Афгане сгинул за таких, как ты, шалава. Я перо с засады вынул, Колька крикнул: «Миша, правда!» Если б мы исход смертельный этим гадам допустили, Тюрьмы б наши опустели, рыли б братские могилы. Положение нелёгко, где-то гибнут наши парни. Как сказал мне кореш Лёвка: «Псы взбесились в НАТО-псарне». Крутит мной, как с дураками; дипломатия не шутка. Плещет водочка в стакане, Колька крикнул: «Пей, Мишутка». Нас так просто не обманешь, мы их — голыми руками. Их шмотьём не забросаешь, даже с узкими глазами. Паразитные газеты на заре нашей писали: «Неминуем крах Советам!» но гадалки просчитали. Мол, мы жён обобществляем, агрессивные медведи. Мол, мы все поумираем, съев друг друга на обеде. Были тоже паникёры и кричали: «Так и будет!» Колька сел за разговором и сказал: «Хрена им в блюде!» Подавитесь в микрофонах, в языках своих двояких. В сорок двух блатных жаргонах перед ними в раскоряке. Лижут Рейгану для плюса: Жопу, губы — всё едино. Причитают: ах, как вкусно! — я бутылку отодвинул. Рейган, он в радио-шоу продвигался сам когда-то, И стиральные машины рекламировал, ребята. Толку нас стращать ракетой — Гитлер тоже похвалялся. Я ведь с детства был поэтом и экспансий не боялся. Рейган, суй свой хрен под мышку или трубку аппарата. Коля крикнул: «Панки, Миша! Бей их, сволочей, ребята!» Я бутылку опрокинул: «Падлой буду! Коля, панки!» Я пиджак свой бабе кинул: «Коля, грохнем по полбанки». Колька сразу же не понял, почему я рассердился, Ну, а я трезвей же Коли, ну, и на панков навалился. Шелуха, нелюди, гады, сволочь с голыми висками. Коля бьёт, и это ж надо, — кровь с них красная ручьями. Разбежались все по норам и дружков своих не взяли. Одного мы в туз припёрли и минет ему давали. Коля сбегал за бухалом, крест фашистский пнул в парашу. Ну, давай, Колёк, по малой выпьем водки крепкой нашей. Сине-жёлтый «Студебеккер» нам подставил бок облезлый. Коля, пей, а то отнимут, разговоры бесполезны. Выворачивай карманы, погуляли, снова влипли. Из-за этих ссаных Панков Коля взвыл болотной выпью.

Есть ошибки или текст неправильный? Вы можете его откорректировать.